Но для меня это всегда было нормой. У меня никогда не было другой сестры, с которой можно было бы сравнивать. Поэтому я не воспринимала это как что-то странное или неправильное. Это была наша обычная семейная жизнь.

При этом родители очень грамотно всё организовали. Я была вовлечена в Анину реабилитацию: помогала с упражнениями, видела, как проходят занятия. Но на меня никогда не перекладывали ответственность за неё. У меня было своё детство, а Аня просто была его частью. Со временем ответственности стало больше, но это происходило естественно и никогда не воспринималось как тяжёлая обязанность.

— Чему Аня научила — и продолжает учить — вас?

Наверное, принятию. Пониманию того, что норма бывает очень разной и что вариантов жизни гораздо больше, чем нам кажется.
Ещё она научила меня замечать хорошее в самых обычных моментах. Просто жить жизнь и находить в ней радость. У нас, как и у всех, много рутины, но мы стараемся замечать маленькие вещи, которые делают день лучше. Выпить кофе во дворе, почувствовать запах цветущей сирени, услышать птиц, встретить кошку по дороге. Кажется, это мелочи, но именно из них складывается ощущение счастливой жизни.

— Есть ли что-то, что вы особенно хотите изменить в мире, чтобы людям, как Ане, было проще и комфортнее жить?

Мне бы хотелось, чтобы общество стало более открытым к людям с инвалидностью. Например, чтобы школы были готовы принимать детей с разными особенностями развития. Не только тех, кто полностью соответствует привычным ожиданиям, но и тех, кому нужны другие способы обучения или коммуникации.

Очень важно, чтобы этому учились не только специалисты, но и обычные дети, начиная с детского сада. Чтобы встреча с человеком в коляске или с аутизмом не вызывала удивления или страха. Мне кажется, многим людям просто не хватает опыта общения. А когда такой опыт появляется, становится понятно, что перед тобой прежде всего человек, а не диагноз.